Санкт-Петербургский Литературный Гид
октябрь 2000, зеркало
____________
*отражения версии — 5, 12, 14, 18, 19, 20, 21, 26, 27, 30 октября
____________
Взгляд от 03.11.00
дс05.10.00 «Лицей»
Петербургский поэт Евгений Мякишев и московский поэт Михаил Болдуман пишут в
соавторстве вот уже почти 20 лет — столько, сколько они дружат. Мякишев,
конечно, главный в этом тандеме. Это выступление (а их можно видеть в СПб
читающими вместе примерно раз в полгода) было особым сразу по двум причинам:
во-первых, открывая вечер, Михаил Болдуман отметил, что в творчестве
Мякишева открылся новый период — безалкогольный; во-вторых, на вечере
Мякишевым, среди прочего, читались «реанимированные» стихи — примерно
20-летней давности. Если я не ошибаюсь, Мякишев 1965 года рождения, но эти
тексты трудно назвать юношескими. По общей стилистике все тексты, читавшиеся
на вечере, ближе к тем, что составили первую книгу Мякишева «Ловитва» (СПб,
1992). Как третью отличительную особенность вечера можно назвать то, что
соавторы обращались друг к другу не иначе как «Евгений Евгеньевич» и «Михаил
Михайлович», а также то, что был представлены куратором «Лицея» Евгением
Антиповым как «Божественный Мякишев и Волшебный Болдуман».
Если говорить о Болдумане, то я совершенно не знаю, что о нём говорить.
Очень колоритная личность, далеко не без актёрского мастерства, в противовес
как бы медлительному, ленивому и флегматичному Мякишеву, такой жизнелюб и
живчик, имеющий (или имитирующий) множество профессий, во время чтений курил
маленькую трубку с очень ароматным табаком. Болдуман рассказывал о том, как
они с Мякишевым играли в буриме, и прочитал три блестящих по технике
стихотворения на одни и те же рифмы (придуманные Мякишевым — напр.
(приводятся непарно) «горячее небо», «аминь или амен» или ещё того, хуже
«стужа печали», то есть, не только рифмы, а ещё и образы), но на разные темы
(золотоискатели на Аляске; ст. 208 УК РФ; мучения строителей Казанского
собора). Кроме того, Болдуман говорит, что постоянно дописывет мякишевские
стихотворения, которые тот, по лени не завершая, пересылает Болдуману в
Москву по почте в большом конверте.
Кроме того, Болдуман прочитал руководство опытного гида начинающим: про то,
что экскурсанты — это экс-курсанты, то есть, бывшие курсанты — и поэтому ими
надо командовать и т.п.
На вечере не была упущена и «немецкая» тема, являющаяся, в общем-то, вечной
для этого тандема, — в книге «Взбирающийся лес» опубликованы псевдопереводы
из немецких авторов (временами несуществующих) на полуприличные темы,
написанные Мякишевым и Болдуманом в соавторстве. Теперь Евгений Мякишев и
Михаил Болдуман планируют издать книгу «Кунштюк» — этимология: произведение
искусства (из нем.), книгу, написанную в соавторстве (У Мякишева вышло две
книги, где указание на соавторство было только при некоторых текстах).
Болдуманом было зачитано стихотворение, начинавшееся (первые две строфы) на
немецком языке, а также он занимательно, но загадочно поведал залу об
увлекательных похождениях Мякишева в Берлине, на каком-то фестивале русской
литературы.
К литературному вечеру (получилось, что совпало) вышло два стихотворения
Мякишева на петербургских страницах абсолютно неодоступной для горожан
(кроме подписчиков) «Литературной газеты» — Валерий Шубинский подарил поэту
гранки этой полосы.
эдп12.10.00 «Лицей»
Вечер, посвящённый сетевой литературе, в клубе на Фонтанке прошел в камерной
обстановке — было меньше 20 человек, считая авторов. После небольшой
вступительной речи Тибул Камчатский и ГРИФ почитали
свою поэзию, а чуть позже г-н Камчатский прочел прозу Дмитрия Горчева,
написанную с заметными ОБЕРИУтскими мотивами. Предполагавшаяся дискуссия не
состоялась. Отдельные интересные высказывания принадлежали Тимофею Хмелёву,
О’Санчесу и Кэнди Малахаеву.
эдп14.10.00 Музей Ахматовой
Можно много говорить о невысоком качестве стихов г-на Махова, но, пожалуй,
стратегия его поведения и выступления — одна из самых последовательных в
современной литературе. Мне посчастливилось наблюдать автора, так сказать,
вживую и открыть источник происхождения его творчества.
Но пусть это будет пока небольшой загадкой для читателя.
Автор с самого начала задал академический настрой: был строго одет, читал из
книг в толстом переплете. И вообще первую часть своих текстов он предварял
объяснением, кому этот текст адресован. Только послушайте список в авторском
порядке: Ахматова, Цветаева (интересно, что обе женщины), Мандельштам,
Пастернак, Бродский (здесь в конце стихотворения автор скромно назвал себя),
Пушкин, Шагал, Окуджава, Догилева, (Святослав) Федоров. Автор не только
определяет себя в литературном и политическом контексте, но также в
географическом (все-таки музей именно
Ахматовой).
Во второй части тексты читали дети, в основном состоящие в родственных
отношениях с автором. Эта группа текстов была названа исключительно именами,
причем — г-н Махов специально это подчеркивал, — что тексты писались с
представленных прототипов.
Наконец, автор закончил новыми текстами и текстами из книги «Тосты». К концу
заметки хотелось бы несколько слов сказать об аудитории. Чтобы не слишком
углубляться, голые цифири. На 90% аудиторию составляли люди за 60 (не зря
автор многократно пародировал идею своего и зрительского возраста) которые
либо дружили и работали с автором, либо даже состояли с ним в родстве (по
моим скромным подсчетам, таких было человек 20).
Подводя же итоги, открою решение объявленной загадки. Все тексты в той или
иной мере несут черты эпиграмм и тостов. Для меня было открытием, насколько
плавно может перетекать одно в другое. Жанр такой поэзии не только понятен
читателю, но и узко направлен на него. Это одна из попыток реализации
адресной поэзии, которая вновь после эйфории перестройки занимает свои
старые позиции. Г-н Махов отзывается на желание его современного
потребителя: русофильство и новоправославие — любимые темы автора. Пожалуй
единственным маленьким промахом в подобной программе выступления было то,
что хотя автор неоднократно отсылал к духовным источникам (именно —
цитирую — «святому источнику») пил он, несмотря на это, воду Aqua Minerale.
пк18.10.00 Музей Ахматовой
«Поэтический отчет» о своих вполне реальных путешествиях по Европе
представила на суд взыскательной публики Фонтанного дома поэтесса Татьяна
Вольтская.
Вечер, названный «Поэт путешествует», представлял собой фактически монолог
поэтессы с частыми вкраплениями стихов, которые выполняли роль открыток в
туристическим альбоме, иллюстрируя ее прозаические рассказы. Впрочем, сама
Татьяна в ходе вечера не раз повторила, что туризм как таковой не
приветствует.
Стихи, написанные в классической традиции «путевых зарисовок», перекликались
с тематически подобными им стихотворениями Алексея Пурина. Это позволяло
думать, что его вступительное слово, открывшее вечер, было не случайным, и
имеет место быть своеобразный «сговор» двух поэтов, решивших воспользоваться
возникающим смысловым резонансом.
ок18.10.00 Дом учёных
Состоялся очередной вечер цикла «Встречи с петербургскими переводчиками». На
этот раз в Доме ученых принимали Галину Усову, поэта-переводчика, а также
писателя-фантаста. Вечер был посвящен переводам австралийской поэзии и
истории их издания в России.
Большое влияние на австралийскую поэзию оказали так называемые «народные
песни». А поскольку основой этих «народных песен» (не путать с искусством
аборигенов) были «блатные» по существу песни знаменитых австралийских
каторжников, то переводы Галины Усовой помимо литературных восторгов
снискали еще и то особое понимание, которое часто выпадает на долю «жестоких
романсов».
[опубликовано в Питерbook N 11-2000]
ок19.10.00 Музей Достоевского
Под девизом «Друзья мои, прекрасен наш союз!» в Музее Достоевского прошла
очередная встреча литературного клуба «Невостребованная Россия». Многие из
членов клуба ранее активно действовали в ленинградском «литературном
подполье», теперь их положение вполне отражено в названии объединяющего их
клуба. На встрече прозвучали стихи 14 поэтов. Вел встречу основатель и
председатель клуба Юлиан Рыбаков.
[опубликовано в Питерbook N 11-2000]
пк19.10.00 «Лицей»
Свои стихи для немногочисленной, избранной, видимо, самим случаем, публики,
читали поэты Алексей Ахматов и Сергей Николаев. Их выступление предварил
куратор данной «литературной точки» Евгений Антипов, который, впрочем,
рассуждал не столько о достоинствах поэтов, сколько о литературной ситуации
в целом и нежелательных (с его точки зрения) литературных явлениях в
частности.
Впрочем, лучше любых преамбул о поэте говорят его стихи, и прозвучавшая на
вечере лирика дала вполне адекватное представление о двух весьма
неоднозначных «фигурантах» питерских литературных кругов, где Сергей
Николаев известен, как «единственный авангардист Союза писателей России», а
Алексея Ахматова знают, как руководителя литературного клуба «Молодой
Петербург» при Союзе писателей России.
[опубликовано в Питерbook N 11-2000]
пк20.10.00 Музей Ахматовой
При полном (разумеется!) аншлаге состоялся творческий вечер Александра
Кушнера. Фактически поэт представил своим читателям и слушателям новую книгу
«Летучая гряда», прочитав из нее почти все стихи, и добавив к каждому
стихотворению подробное разъяснение того, что он хотел этим стихотворением
сказать. Несмотря на учительские интонации Александра Кушнера (а возможно,
благодаря именно им), очень скоро установилось полное взаимопонимание между
поэтом и залом. И хотя поэт очень часто предварял чтение словами о том, что
к этим новым стихам он еще не привык, нельзя сказать, чтобы поэтический
«почерк» Александра Кушнера претерпел значительные изменения. Во всяком
случае, реакция благодарных слушателей не оставляла сомнений в том, что они
услышали то, что и ожидали услышать.
[опубликовано в Питерbook N 11-2000]
пк21.10.00 Музей Ахматовой
Прошел организованный Литературным обществом «Утконос» творческий вечер
поэта Александра Миронова. Александр Миронов, наряду с Виктором Кривулиным,
Сергеем Стратановским и Еленой Шварц — знаковый поэт ленинградского
андерграунда. Его чтение предваряли Валерий Шубинский и Николай Кононов,
отметившие большую внутреннюю смелость, роскошь, даже расточительство поэзии
Александра Миронова, которой свойственны зачастую полярные мотивы — от
изощренного эротизма до неистового богоискательства.
[опубликовано в Питерbook N 11-2000]
~26.10.00 «Лицей»
Вместо заявленного вечера Марии Агаповой состоялся вечер поэтов Александра
Гущина и Всеволода Гуревича. Они читала свои стихи и стихи Бориса Рейнберга.
дс27.10.00 ПЕН-Клуб
С десяти утра до четырёх дня более 20 финских литераторов и полтора десятка
российских обсуждали проблемы культурного сопротивления в настоящий момент в
обеих странах. Затравку дал Александр Ткаченко из Москвы, рассказавший о
нехорошем отношении власти к прессе — арест Гусинского, процессы над Пасько
и Никитиным, информационные ограничения в освещении чеченской кампании и
т.д. Г-н Ткаченко во всём винит президента, минобороны и т.п. Это сообщение
вызвало бурную реакцию со стороны проснувшихся на тот момент российских
участников семинара — Михаила Берга, Сергея Завьялова, Владимира Уфлянда,
Дарьи Суховей, Ростислава Евдокимова. Реагировали с разных сторон — Завьялов
с геополитической, Уфлянд с несколько лирической, Суховей — с той точки
зрения, что главная проблема России — не в этом, а в том, здесь что не
соблюдают законы. Юкке Маллинену было трудновато переводить на финский эту
шумную и бурную дискуссию. Тем не менее до обеда был выслушан ещё один
доклад — финского литератора, говорившего о несколько другом типе
культурного сопротивления — сопротивления информационным технологиям, от
которых устала вся Финляндия (первое место по подключениям к интернету,
самоубийствам — в мире; и телекоммуникационнная компания «Нокиа», чей
годовой оборот сравним с годовым оборотом всего финского государства). В
этом докладе была произнесена самая яркая во всём семинаре фраза — о том,
что «антидепрессанты стали чуть ли не финским национальным блюдом». После
обеда — Ислам Эльсанов (литератор из Чечни, ныне живущий в Москве) рассказал
о нехорошем отношении к чеченцам со стороны СССР и России на протяжении
всего XX века. Стихотворение на фарси и в финском переводе (в струе идеи об
антидепрессантах) прочитал иранский литератор
Киамарс Багбани, десять лет назад осевший в Финляндии. Далее Михаил Чулаки
прочитал пространный (но для современной России не очень актуальный) доклад
об интеллигенции. Завершился семинар сообщением писателя Ральфа Нордгрена о
своей увлекательной биографии. Со стороны России также на семинаре
присутствовали Глеб Морев, Андрей Столяров, Татьяна Бек, Сергей Цветков и
др.
дс27.10.00 Музей Ахматовой
Презентация двухтомника «Польская поэзия XX века» началась с рассказа об
истории издания книги, которая планировалась к публикации на государственном
уровне — и обязательства не были сдержаны — в первой половине девяностых.
Через несколько лет эта книга оказалась изданной в «Алетейе», тем самым как
бы государство по прошествии времени свои обязательства сдержало. На входе
на вечер она продавалась за 200 руб (обычно — 180). Ни одного польского
поэта на вечере не было. Наталья Астафьева и Владимир Британишский читали
свои переводы.
дс30.10.00 Дом журналиста
По результатам пресс-конференции, через некоторое время ЛитГид считает
нужным сделать некоторые добавления к тому, что было сказано в спецвыпуске.
Во-первых, там были допущены некоторые неточности. Одна из них допущена
именно Гидом — когда шла речь о том, что ни одна книга не была издана с
пометкой на обложке «автор является лауреатом премии Белого» — выяснилось,
что в аннотации награждённого в прошлом году как прозаическое произведения
М.Л.Гаспарова «Записи и выписки» такая формулировка присутствует (см.:
Каталог изд-ва «Новое литературное обозрение», с. 49). К этому можно
добавить сведение о том, что на издании книги А.Ильянена «Дорога в У.», было
указано, что этот роман попал в шорт-лист премии Белого 1999 года.
Вторая ошибка допущена в пресс-релизе, которым пользовались все газеты (о
них — чуть ниже) и который в неизменном виде опубликован на странице премии
Белого сайта Вячеслава Курицына
(http://www.guelman.ru/slava/beliy/short.htm). Ошибка эта — в названии книги
Людмилы Зубовой, которая в действительности называется «Современная русская
поэзия в контексте истории языка» (см.: Каталог изд-ва «Новое литературное
обозрение», с. 18). Слово «русский» не повторяется. Извинения от имени
ЛитГида всем дезинформированным.
От анализа неизбежных ошибок перейдём к summary прессы, отразившей данное
событие. Первыми высказались ЛитГид и Вячеслав Курицын, никоим образом не
отрефлексировав конкретные персоналии, вошедшие в шорт-лист, только
републиковавшие его, и обозначившие некоторые общие черты. Далее последовала
заметка в «большом» (не СПб страницы) «Коммерсанте» за 31.10.00, на
следующий день — в петербургской газете «Смена» (1.11.00). Вячеслав Курицын
в своих обзорах по четвергам (2.11.00) и некто Марк Антонов в «Литературной
Газете» (СПб страницы, 1-7 ноября) не высказались ни в пользу кого, избегая
чётких оценок ситуации.
Единодушие предполагающих какой-либо результат высказываний касается,
пожалуй, одной-единственной номинации — этой самой третьей («Критика,
литературоведение, эссе»). «КоммерсантЪ», не перечисляя всех в данной
номинации, упоминает книгу Зубовой (допустив даже две ошибки в названии
книги — заимствованную из пресс-релиза, плюс слово «поэзия» заменено на
слово «литература»); «Смена»
идёт дальше, считая эту книгу фаворитом в номинации «литературоведение».
ЛитГид, наблюдая за премией в течение всего «нового» (с 1997 г.) периода её
существования, тоже имеет желание сделать некоторые ставки. Размытость
жанра, благодаря которой в прошлом году были награждены «Записи и выписки»
М.Л.Гаспарова, присутствует и в нынешнем шорт-листе. По разделу поэзии —
это, во-первых, Могутин (между гей- и поэзией), во-вторых, Сухотин (между
поэзией и публицистикой — см. спор по поводу того, что такое «Стихи о
первой чеченской кампании», в форуме сетевого литературного конкурса
«Тенета» — http://teneta.rinet.ru/2000/sb_stih/gb953243664467124.html).
Можно, конечно, считать, что премию получит или Кононов или
Гандлевский — по-настоящему большие поэты (Так же считает и «Литературка»).
Но всё же мы делаем ставку на Михаила Сухотина — потому что, на наш взгляд,
именно этот автор, кроме того, что работает в пограничном поэзии жанре,
более других относится именно к той традиции, условно говоря, авангарда и
эксперимента, в которой исторически лежат интересы премии Белого.
О прозе — на смешении и размытости жанров находится книга Жолковского
«Мемуарные виньетки и другие NON-FICTIONS» (выделено ЛитГидом), то есть
нон-фикшен идёт по ведомству фикшена. То же можно сказать и о книге
Секацкого, который более известен как философ, а его книгу можно скорее
счесть философской эссеистикой. По одному факту — мало выносить
окончательное решение (предположение), вкусы составителя
ЛитГида лежат вообще в стороне от упомянутых персоналий, поэтому воздержимся
от высказывания окончательного мнения.
О третьей номинации — присоединяемся к мнению газет — потому что книга
Людмилы Зубовой, единственная в своей номинации, которая одновременно
отвечает опять же двум (даже трём: книга являет собой лингвистическое
исследование, но проходит по ведомству литературоведения — то есть налицо
ещё раз смешение жанров) условиям — во-первых, она связывает (на уровне
материала исследования) премию Белого с её героическим прошлым, во-вторых,
эта книга выпускается в респектабельном филологическом издательстве, лучшем
в стране, что является чертой новой политики премии.
Итак, будем ждать результатов, в том числе и по поводу 4 номинации — «за
особые заслуги» — результаты неминуемо последуют 1 декабря в Москве.
Авторы материалов:
~без авторства
дс — Дарья Суховей
эдп — Этер де Паньи
пк — Полина Копылова
ок — Ольга Киреенко
(с) Авторы текстов, 2000
(с) Дарья Суховей, сбор и редактирование информации, 2000
Мнения не всегда совпадают. ЛитГид не размещает неаргументированных точек
зрения (к наблюдениям не относится).
Возражения и уточнения на usyskin@mail.wplus.net.
Републикация запрещается. Распространять честно.